https://www.matrony.ru/panicheskie-ataki ... lya-chego/
История моего нервного срыва началась банально. Как сказал мой психотерапевт: «Это всё у вас годами копилось, невозможно выделить одну причину, здесь целый комплекс». Ранняя смерть отца, желание всем нравиться, ранний брак, ранний ребенок, неустройство и метания в семейной жизни, жизнь не там где хотелось бы… Причин масса. Так или иначе, но это случилось со мной.
Классика панических атак – вдруг поняла, что «со мной что-то не так», стало дико страшно, стало душно. Бегом-бегом мерить давление: 145 на не помню сколько. Пульс 140. Всё! Умираю! И весь дом закружился вокруг меня.
Не помню, кто детей укладывал, не помню, что вообще делали все. Я лежала и ждала скорой смерти. А еще – боялась. До холодного пота, до судорог в конечностях боялась. На работу не ходила несколько дней. Потом всё же за шкирку вытащила себя в офис. И началась моя борьба с паникой, со страхом, с давлением, с пульсом и еще Бог весть с чем. Я забросила всё кроме себя. Я целыми днями думала только о том, как бы уберечь себя от внезапной смерти.
К слову сказать, старший сын благодаря этой моей напасти тоже заработал невроз. Ребенок стал бояться вообще куда-либо меня отпускать, рыдал, что со мной может что-то случиться. Как потом я узнала, у тревожной мамы по определению не может быть спокойных детей.
Я перерыла массу ресурсов в интернете и начала понимать, что у меня не смертельная болезнь. Что все это не что иное, как панические атаки и фобии. Тем не менее, посетила нескольких узких специалистов, которые постановили, что по их части у меня все в порядке.
Вроде бы очень хорошо, жить бы да радоваться. Но нет, страхи, паника и прочие гадости не проходили, а все так же с завидной регулярностью посещали меня. Было страшно… и в голове начал стучать вопрос: «Ну за что?! За что мне это?!»
Тогда впервые я прочла вечернее правило. Мне было очень тяжело стоять все эти полчаса, читать молитвы, которые казались очень трудными для понимания. Это скорей был ритуал для тогдашней меня, что-то магическое. Но зачем-то мне захотелось все это читать, стоять…
Крестили меня в детстве, но я всю свою жизнь, считая себя православной, была где-то очень далеко от веры. Пару раз исповедовалась, в церковь заходила изредка, потому что надо. Кому надо? Зачем надо? Просто «так положено». Но вот в эти тяжелые для меня дни меня стало тянуть, нет, пока еще не в храм, сначала стало просто тянуть смотреть православный телеканал.
Мне становилось легче, и страх немного отпускал. Потом он, конечно, снова набрасывался на меня. Ночь была благословенным временем, ведь я спала, а снов не помнила и не боялась. День же начинался с тахикардии и паники, и так, в борьбе, продолжался до ночи.
В обеденный перерыв я смотрела этот канал. Я пыталась принимать контрастный душ, бегать. Но все было не то… Не помогало ничего.
Однажды мама сказала, что эта болезнь со мной случилась не за что, а для чего. Сначала это предположение показалось мне очень глупым. Для чего может быть этот дикий ужас? Но потом я стала переосмысливать все события своей жизни. Мне посчастливилось взглянуть на себя под другим углом. Совершенно под другим! Отодвинуть гонку за материальными благами и подумать о мире в душе. А мира-то этого как раз и не было.
Дети, мои замечательные мальчишки, вызывали раздражение постоянными ссорами, и я в порыве гнева кричала: «Ну за что мне это наказание?!». Раньше так кричала. Сейчас же я содрогнулась, вспомнив об этих своих словах. И поблагодарила Бога, за то, что он дал мне двоих (!) чудных (!) здоровых (!) мальчишек! Вспоминала свои разговоры с мужем, у которого были проблемы с работой: «А мне нужны деньги! Много денег!». Неужели это я говорила?
И так я стала раскручивать клубок, который закрутился очень давно. До сих пор я учусь обходиться со своими мыслями, пытаюсь жить лучше. И так буду до смерти своей бороться, ведь в этом и заключается человеческая жизнь. Но борьба эта должна быть внутри – с дурными мыслями, паталогическими желаниями.
Именно после этих панических атак я пошла на исповедь, осмысленно пошла. Я впервые расплакалась перед батюшкой, и он сказал мне замечательные слова, которые я храню в своем сердце. Я начала тогда этот трудный путь возврата к истинным ценностям.
А что это за ценности? Семья, любимый муж, дети, мама, все близкие мне люди: вот что действительно ценно! Как важно торопиться делать добро и стараться не делать зла.
Человек более склонен ко злу, к негативу – нам это проще дается. Но в том-то и смысл, чтобы стремиться, насколько мы можем, к Добру и Истине.
Я не стала образцовой христианской, мне очень далеко до этого, да и вряд ли я смогу ею когда-нибудь стать. Но смысл не в этом. Вера моя и правда пока слаба, но именно эта слабая вера помогла мне вылезти из той ямы, в которую я попала. А ведь в какой-то момент я начала понимать самоубийц.
Прочитав у одного известного психотерапевта, что только небольшой процент самоубийц – душевнобольные люди, стало страшно. Большая часть тех, кто свёл счёты с жизнью – это люди в состоянии глубочайшей депрессии. Их мучения настолько велики, что кажется, будто совершая этот последний в жизни шаг, можно избавиться от мучений. Но они продляют их в вечность.
До сих пор у меня бывают состояния тревоги, до сих пор есть не до конца «переваренные» страхи. Прошел год с той самой первой панической атаки. Но я благодарна Богу за то, что он дал мне шанс. И я постараюсь воспользоваться этим шансом по максимуму.
Люди, никогда не чувствовавшие панических атак, не понимают своего счастья, когда они просто едут в транспорте (!), без сопровождения (!) и не боятся, что сейчас потеряют сознание. Им не надо судорожно считать свой пульс и ловить малейшее движение собственного организма. А ведь это и правда счастье! Как я этого раньше не понимала?
Счастье не в материальных благах, счастье – это когда мир в душе. Я нащупала свою дорогу к этому миру.
Надеюсь, что моя статья может кому-то пригодиться. Панические атаки не смертельны, от этого не умирают, правда! Как бы ужасно ни было это состояние (а я знаю, насколько оно ужасно) – вы не умрете! Это шанс, это сигнал о том, что в вашей жизни что-то происходит не так. Воспользуйтесь этим шансом. Не загоняйте себя в угол мыслью за что? Подумайте лучше о том, для чего это.
Удачи! И душевного покоя!
Панические атаки: "за что" или "для чего"
- Винни
- полковник
- Сообщения: 7057
- Зарегистрирован: 13 сен 2010, 21:46
- Пол: жен.
- Цель пребывания на форуме*: Хочу помогать тем, кто думает о самоубийстве
Панические атаки: "за что" или "для чего"
"Это ты сгоряча думаешь, что твоему горю пособить нельзя. На одну только смерть лекарства нету."
- Азура
- полковник
- Сообщения: 756
- Зарегистрирован: 07 ноя 2012, 19:30
- Пол: жен.
- Цель пребывания на форуме*: Хочу помогать тем, кто думает о самоубийстве
- Откуда: Украина
Re: Панические атаки: "за что" или "для чего"
Спасибо, хорошая статья.
Я тоже знаю что это такое не по наслышке. Лучше бы что-то болело, нежели отвратительные приливы страха, порой беспричинные, от которых внутренности превращаются в холодец... Вроде бы поняла для чего это, но все повторяется. Видимо где-то что-то не учла. Но бывает подумаю - у кого-то рак или другое ужасное что-то, а у меня? Таракан в голове у меня, и улыбка снимает напряжение. Улыбайтесь почаще, даже когда приходится делать это через силу.
Я тоже знаю что это такое не по наслышке. Лучше бы что-то болело, нежели отвратительные приливы страха, порой беспричинные, от которых внутренности превращаются в холодец... Вроде бы поняла для чего это, но все повторяется. Видимо где-то что-то не учла. Но бывает подумаю - у кого-то рак или другое ужасное что-то, а у меня? Таракан в голове у меня, и улыбка снимает напряжение. Улыбайтесь почаще, даже когда приходится делать это через силу.
Кто любит, тот любим
Кто светел, тот и свят
Кто светел, тот и свят
- Чайка
- подполковник
- Сообщения: 646
- Зарегистрирован: 05 июл 2010, 09:47
- Пол: жен.
- Цель пребывания на форуме*: Хочу помогать тем, кто думает о самоубийстве
Re: Панические атаки: "за что" или "для чего"
Винни, спасибо за статью.
Конечно, я согласна, что не стоит себя загонять вопросом "за что?" и вопрос "для чего?" всегда правильнее, но иногда бывает и "за что". К примеру, за увлечение оккультными практиками, как это было в моем случае, и еще за многое другое, что было "не так". Если есть "за что", то нужно покаяние и исповедь, иначе лечение не будет успешным.
Сейчас, когда в жизни многое исправилось, панические атаки меня, честно говоря, уже не сильно беспокоят. Так: нашло, прошло....
Кстати, тем, кто страдает этим заболеванием неплохо провериться и у эндокринолога. Иногда причиной такого состояния могут быть отклонения в деятельности эндокринной системы.
Конечно, я согласна, что не стоит себя загонять вопросом "за что?" и вопрос "для чего?" всегда правильнее, но иногда бывает и "за что". К примеру, за увлечение оккультными практиками, как это было в моем случае, и еще за многое другое, что было "не так". Если есть "за что", то нужно покаяние и исповедь, иначе лечение не будет успешным.
Сейчас, когда в жизни многое исправилось, панические атаки меня, честно говоря, уже не сильно беспокоят. Так: нашло, прошло....
Кстати, тем, кто страдает этим заболеванием неплохо провериться и у эндокринолога. Иногда причиной такого состояния могут быть отклонения в деятельности эндокринной системы.
- Винни
- полковник
- Сообщения: 7057
- Зарегистрирован: 13 сен 2010, 21:46
- Пол: жен.
- Цель пребывания на форуме*: Хочу помогать тем, кто думает о самоубийстве
Re: Панические атаки: "за что" или "для чего"
Анализировать свою жизнь и каяться в том, что было "не так" надо в любом случае. Но я бы все-таки в любом случае ставила вопрос "для чего?" Например, в Вашем случае, все ли люди, согрешившие такими же грехами, имеют такие же панические атаки? Наверняка, нет. Так что нельзя сказать, что панические атаки являются неизбежным следствием этих грехов. А вот "для чего?" тут однозначно видно - чтобы покаялись и исправили свою жизнь.Чайка писал(а): Конечно, я согласна, что не стоит себя загонять вопросом "за что?" и вопрос "для чего?" всегда правильнее, но иногда бывает и "за что". К примеру, за увлечение оккультными практиками, как это было в моем случае, и еще за многое другое, что было "не так". Если есть "за что", то нужно покаяние и исповедь, иначе лечение не будет успешным.
Бог не мстит, а спасает.
"Это ты сгоряча думаешь, что твоему горю пособить нельзя. На одну только смерть лекарства нету."
- Чайка
- подполковник
- Сообщения: 646
- Зарегистрирован: 05 июл 2010, 09:47
- Пол: жен.
- Цель пребывания на форуме*: Хочу помогать тем, кто думает о самоубийстве
Re: Панические атаки: "за что" или "для чего"
Нет-нет, конечно, Он не мстит. Мстительность как раз в характере совсем других сил.Бог не мстит, а спасает.
Бог если и допускает страдания, то только лишь для нашего блага.
Нельзя сказать. Болезни, в том числе и эта, во многих случаях даются людям не за грехи....нельзя сказать, что панические атаки являются неизбежным следствием этих грехов.
Безусловно. А также для того, чтобы сохранить человека от неправильных дорог, разрушить ненужные и вредные планы.А вот "для чего?" тут однозначно видно - чтобы покаялись и исправили свою жизнь.
А также, панические атаки - прекрасное средство от гордости (я о себе). Замечательное.
![ok :)](./images/smilies/bs.gif)
Уверена, что прочувствовала еще далеко не все положительные эффекты этой болезни. Только Бог знает, насколько она полезна. А наше дело - Ему доверять и благодарить за все.
-
- сержант
- Сообщения: 64
- Зарегистрирован: 13 окт 2012, 23:35
- Пол: жен.
- Цель пребывания на форуме*: Хочу помогать тем, кто думает о самоубийстве
Re: Панические атаки: "за что" или "для чего"
Увещевание* православного психотерапевта
/*Увещевание (призыв), увещевать (призывать). Словом увещевать в библ. текстах передается часто встречающийся как в Септуагинте, так и в книгах Нового Завета греч. глагол паракалейн, который переводится как призывать, просить, утешать, ободрять./
Сергей Анатольевич Белорусов
Подумаем о том, как, в связи с известными событиями, вернуть себе возможность жить без постоянного тревожного напряжения, как не бояться неминуемых опасностей, как обрести смелость, выдержку и спокойствие, необходимые для полноценной жизни, каким бы испытаниям мы не подверглись в будущем, ближайшем и отдаленном.
Если Вы читаете эти строки, то стоит признаться себе в том, что упомянутые проблемы у Вас есть. Первая хорошая новость — вернуть себе бесстрашие легко. Для этого достаточно просто взглянуть на происходящее с Вами и вокруг Вас с другой, более правильной, точки зрения. А это очень трудно. Потому что непривычно. Но, надеемся, что Вы еще не достаточно окостенели…
Итак, что есть страх? Это мучительная боязнь что-либо потерять из того что у нас есть. Покой, деньги, здоровье, близких, жизнь. Возможность потерять предполагает, что это у нас есть. А коли так — мы счастливы.
Только заслужено ли нами это счастье? Сам факт того, что каждый из нас до сих пор жив
представляет собой не норму, а явление невероятного везения (для неверующих) и непостижимую нам милость Творца (для тех, кому дважды посчастливилось: обрести себя живым и знающим о существовании Бога). Рассудим: мы точно знаем о том, что было время, когда нас не было. И мир без нас был не хуже и не лучше того, в котором мы есть. А вот нам в нем лучше. Нам в нем хорошо, если мы не мыслим себя без него. Мы не приложили ни малейшего усилия для появления на свет. Значит, Кто- то позаботился об этом. Так не будет ли наивным предполагать, что Тот же потерял к нам интерес и не убережет нас от преждевременного покидания мира?
Мы знаем, что будет время, когда нас не будет. Там, за порогом привычного нам образа бытия все неизвестно, а потому, понятно, страшно. Преодолению страха помогут два обстоятельства: а) это неизбежно, как наступление весны вслед за зимой; и б) это предназначено для всех, а потому не будет ни одного ловкача, который надолго останется здесь после нашего ухода. Права народная мудрость — «все там будем».
Значит, остается ключевой вопрос — «когда». Что-то, глубоко эгоистичное в нас услужливо подсказывает примитивный ответ: «чем позже, тем лучше». Так ли это? Известен принцип людей,низведенных до животного уровня в страшных лагерях 20-го века — «Умри ты сегодня, а я завтра».Выберем ли эту недостойную этику?
Если «да» — то плохо дело. Тогда наш страх является производным от гордыни. Тогда мы рушим собой все Священное Писание. Тогда мы считаем себя лучшими из всех людей, почему? А так — лучше и все. Им и помирать. Тогда не для нас приходил Спаситель, четко сказавший — «Кто стремится сохранить свою душу — погубит ее». Тогда не нас Он спасал. Тогда плохо наше дело и здесь и Там.
Загадка: как можно оставаться христианином и, с тонким надмением обладания «аристократическим неврозом», томно говорить: «А я знаете, боюсь летать, у меня… это.. — аэрофобия». Переводя в нормальную состему понятий, это прозвучит — «Пусть на самолетах летают лохи, чьи жизни менее ценны чем моя. Мне плевать на профессионалов летчиков, перевозящих тясячи пассажиров ежедневно. Мне плевать на теорию вероятности, согласно которой в мире гибнет от падения с верблюда людей значительно больше чем в авиакатастрофах. У меня одна и очень драгоценная жизнь и я проживу ее как можно дольше потому что такова моя воля».
Копаем дальше: Любой страх есть преступление против любви. Тот кто не любит — не имеет отношения к Богу, Который есть Любовь. Любовь это способность жертвовать. Тем, что у нас есть — здоровьем, благосостоянием, покоем, жизнью. Собой, наконец. Любовь — это радостное преодоление себя, себя отжившего, себя устаревшего, себя плохо пригодного для того, чтобы быть любимым. Страх — стремление сохраниться любой ценой, со всеми милыми дряблому сердцу иллюзиями покоя и безопасности.
Да, мы слабы и несовершенны. Да, мы люди, подверженные страстям, болезням и да, страхам. Такие же как апостол Петр, который убоявшись, хотя два дня назад был свидетелем воскрешения а несколько месяцев назад видел Преображение Христа на Фаворе, казалось бы, где тут место сомнению, так и тот в страхе отрекся от Спасителя. Так что испытывать страх нам может быть свойственно. Все мы генетически наследники первочеловека Адама, юлившего перед Создателем в Эдеме и сваливавшем вину с себя. Но последуем же за Адамом и Петром не только в их страхах, но и в их плаче. Горьком, покаянном, без нотки оправдания себя, без приведения резонов для страха и без объяснения его причин кроме одной — собственного малодушия.
Как укрепляется душа? Истиной. Примем себя какими мы есть в своем страхе и исповедуем его перед всеми. Я трус и я боюсь — так должно звучать наше описание себя. Пусть нам будет стыдно за свой страх — перед нашими родителями, нашими супругами, нашими детьми, нашими друзьями и сослуживцами. Взгляд на себя извне, глазами более благородных и отважных людей может немножко подтянуть нас в нашем становящемся благородстве. Пусть пока мы не стали героями, но перестать оправдывать свой страх есть обозначение вектора к обретению отваги.
Далее следует дистанциировать свой страх. Боюсь не я, боится не Божий образ во мне, боится моя падшесть, мои животные инстинкты, меня, наконец, искушают гадкие бесята, меня заставляют бояться. Попробовать поразмыслить так. Приняв это, обозначается возможность конфронтации со своими «боялками», начала войны с ними. А в каждой войне есть разные стратегии. Иногда лобовое нападение, когда много сил чувствуешь за собой, а коли нет — то нет греха в том, чтобы обмануть, перехитрить противника. Начинаем мы борьбу со страхом метро — включим плеер с излюбленной музыкой, вступим в разговор с симпатичной незнакомкой, премируем себя мороженным, проехав хотя бы остановочку лишнюю.
Мы будем помнить о том, что страх это враг. Он хитер и опасен. Он не хочет сохранить нас на самом деле, а он, как рак души, будет распространяться все дальше, если мы будем оставлять свои рубежи. Что еще ведет к военной победе? Помощь союзников. Пусть и не слишком сильных. Так что тем, кто испытывает страх — есть смысл объединяться. Будет мудро, если мы найдем силы в себе сказать: «Ага, вот я начал чего то бояться… К чему бы это? Что этим хочет сказать мне Промысел? Ну конечно же, понял, — то что я одинок и мне не с кем разделить мою трапезу, мою дорогу, мои чувства. От страха сбиваются в стада. Найду-ка я свое стадо, свою команду, приближусь-ка я к другим, а то, кажется, у меня к ним иссяк интерес и мне стало дело только до самого себя».
«Я начинаю беспокоиться о своем здоровье — то здесь кольнет, то там забьется. К чему бы это? А может, я слишком много времени провожу один и ничего не отдаю другим. Вот энергия потребления копится во мне и начинает медленно прокисать и загнивать. Я мысленно сканирую себя — все ли в порядке». Подобные мысли о самом себе приводят к саможалению — «ну как же так, я такой хороший, а мне так плохо, это очевидно несправедливо». Стоит перестать противопоставлять себя подобным ипохондрическим страхам, они захлестывают нас целиком. Да и ладно, если мы только мучимся и изводим себя и других, это бы полбеды. А беда в том, что поддавшись самосохранению любой ценой, начиная жить по принципу «никто не позаботится обо мне лучше, чем я сам, а значит я должен постоянно следить за собой, как бы не стало хуже», мы рискуем потерять сначала доверие — близким, врачам — а потом и саму веру. Как-то мы начинаем допускать, что Тот, Кто нас создал, Тот, Кто нас любит, Тот, Кто за нас умер, как-то забыл про нас. А раз забыл — стало быть не всесилен, не всезнающ, не бог. Вот так быстро, не успев того заметить, мы оказываемся вне Церкви, а только в сомнительном обществе своих персональных демонят.
Принять себя боящимся — понять себя, боящимся, — устыдиться себя, боящегося, заплакать о себе, боящемся — отвергнуть себя, боящегося — вот последовательность восстановления себя человеком. «Не боюся никого кроме Бога одного» — вот тот настрой, к которому должно придти, пусть дорога и будет длинной. Многие шли по этому пути, некоторые достигали. Стеснительность и робость здесь неуместны, страх — повод просить помощи: дружеской, профессиональной, духовной, Благодатной. И будем знать, что мы сразу же становимся исцеленными от дурной боязни чего бы то ни было, как только хоть на мгновение, но искренне скажем: «Боже, Тебе зачем-то нужна моя жизнь именно сейчас? Ну так возьми ее, потому что я Тебя люблю и верю, что это более чем взаимно».
/*Увещевание (призыв), увещевать (призывать). Словом увещевать в библ. текстах передается часто встречающийся как в Септуагинте, так и в книгах Нового Завета греч. глагол паракалейн, который переводится как призывать, просить, утешать, ободрять./
Сергей Анатольевич Белорусов
Подумаем о том, как, в связи с известными событиями, вернуть себе возможность жить без постоянного тревожного напряжения, как не бояться неминуемых опасностей, как обрести смелость, выдержку и спокойствие, необходимые для полноценной жизни, каким бы испытаниям мы не подверглись в будущем, ближайшем и отдаленном.
Если Вы читаете эти строки, то стоит признаться себе в том, что упомянутые проблемы у Вас есть. Первая хорошая новость — вернуть себе бесстрашие легко. Для этого достаточно просто взглянуть на происходящее с Вами и вокруг Вас с другой, более правильной, точки зрения. А это очень трудно. Потому что непривычно. Но, надеемся, что Вы еще не достаточно окостенели…
Итак, что есть страх? Это мучительная боязнь что-либо потерять из того что у нас есть. Покой, деньги, здоровье, близких, жизнь. Возможность потерять предполагает, что это у нас есть. А коли так — мы счастливы.
Только заслужено ли нами это счастье? Сам факт того, что каждый из нас до сих пор жив
представляет собой не норму, а явление невероятного везения (для неверующих) и непостижимую нам милость Творца (для тех, кому дважды посчастливилось: обрести себя живым и знающим о существовании Бога). Рассудим: мы точно знаем о том, что было время, когда нас не было. И мир без нас был не хуже и не лучше того, в котором мы есть. А вот нам в нем лучше. Нам в нем хорошо, если мы не мыслим себя без него. Мы не приложили ни малейшего усилия для появления на свет. Значит, Кто- то позаботился об этом. Так не будет ли наивным предполагать, что Тот же потерял к нам интерес и не убережет нас от преждевременного покидания мира?
Мы знаем, что будет время, когда нас не будет. Там, за порогом привычного нам образа бытия все неизвестно, а потому, понятно, страшно. Преодолению страха помогут два обстоятельства: а) это неизбежно, как наступление весны вслед за зимой; и б) это предназначено для всех, а потому не будет ни одного ловкача, который надолго останется здесь после нашего ухода. Права народная мудрость — «все там будем».
Значит, остается ключевой вопрос — «когда». Что-то, глубоко эгоистичное в нас услужливо подсказывает примитивный ответ: «чем позже, тем лучше». Так ли это? Известен принцип людей,низведенных до животного уровня в страшных лагерях 20-го века — «Умри ты сегодня, а я завтра».Выберем ли эту недостойную этику?
Если «да» — то плохо дело. Тогда наш страх является производным от гордыни. Тогда мы рушим собой все Священное Писание. Тогда мы считаем себя лучшими из всех людей, почему? А так — лучше и все. Им и помирать. Тогда не для нас приходил Спаситель, четко сказавший — «Кто стремится сохранить свою душу — погубит ее». Тогда не нас Он спасал. Тогда плохо наше дело и здесь и Там.
Загадка: как можно оставаться христианином и, с тонким надмением обладания «аристократическим неврозом», томно говорить: «А я знаете, боюсь летать, у меня… это.. — аэрофобия». Переводя в нормальную состему понятий, это прозвучит — «Пусть на самолетах летают лохи, чьи жизни менее ценны чем моя. Мне плевать на профессионалов летчиков, перевозящих тясячи пассажиров ежедневно. Мне плевать на теорию вероятности, согласно которой в мире гибнет от падения с верблюда людей значительно больше чем в авиакатастрофах. У меня одна и очень драгоценная жизнь и я проживу ее как можно дольше потому что такова моя воля».
Копаем дальше: Любой страх есть преступление против любви. Тот кто не любит — не имеет отношения к Богу, Который есть Любовь. Любовь это способность жертвовать. Тем, что у нас есть — здоровьем, благосостоянием, покоем, жизнью. Собой, наконец. Любовь — это радостное преодоление себя, себя отжившего, себя устаревшего, себя плохо пригодного для того, чтобы быть любимым. Страх — стремление сохраниться любой ценой, со всеми милыми дряблому сердцу иллюзиями покоя и безопасности.
Да, мы слабы и несовершенны. Да, мы люди, подверженные страстям, болезням и да, страхам. Такие же как апостол Петр, который убоявшись, хотя два дня назад был свидетелем воскрешения а несколько месяцев назад видел Преображение Христа на Фаворе, казалось бы, где тут место сомнению, так и тот в страхе отрекся от Спасителя. Так что испытывать страх нам может быть свойственно. Все мы генетически наследники первочеловека Адама, юлившего перед Создателем в Эдеме и сваливавшем вину с себя. Но последуем же за Адамом и Петром не только в их страхах, но и в их плаче. Горьком, покаянном, без нотки оправдания себя, без приведения резонов для страха и без объяснения его причин кроме одной — собственного малодушия.
Как укрепляется душа? Истиной. Примем себя какими мы есть в своем страхе и исповедуем его перед всеми. Я трус и я боюсь — так должно звучать наше описание себя. Пусть нам будет стыдно за свой страх — перед нашими родителями, нашими супругами, нашими детьми, нашими друзьями и сослуживцами. Взгляд на себя извне, глазами более благородных и отважных людей может немножко подтянуть нас в нашем становящемся благородстве. Пусть пока мы не стали героями, но перестать оправдывать свой страх есть обозначение вектора к обретению отваги.
Далее следует дистанциировать свой страх. Боюсь не я, боится не Божий образ во мне, боится моя падшесть, мои животные инстинкты, меня, наконец, искушают гадкие бесята, меня заставляют бояться. Попробовать поразмыслить так. Приняв это, обозначается возможность конфронтации со своими «боялками», начала войны с ними. А в каждой войне есть разные стратегии. Иногда лобовое нападение, когда много сил чувствуешь за собой, а коли нет — то нет греха в том, чтобы обмануть, перехитрить противника. Начинаем мы борьбу со страхом метро — включим плеер с излюбленной музыкой, вступим в разговор с симпатичной незнакомкой, премируем себя мороженным, проехав хотя бы остановочку лишнюю.
Мы будем помнить о том, что страх это враг. Он хитер и опасен. Он не хочет сохранить нас на самом деле, а он, как рак души, будет распространяться все дальше, если мы будем оставлять свои рубежи. Что еще ведет к военной победе? Помощь союзников. Пусть и не слишком сильных. Так что тем, кто испытывает страх — есть смысл объединяться. Будет мудро, если мы найдем силы в себе сказать: «Ага, вот я начал чего то бояться… К чему бы это? Что этим хочет сказать мне Промысел? Ну конечно же, понял, — то что я одинок и мне не с кем разделить мою трапезу, мою дорогу, мои чувства. От страха сбиваются в стада. Найду-ка я свое стадо, свою команду, приближусь-ка я к другим, а то, кажется, у меня к ним иссяк интерес и мне стало дело только до самого себя».
«Я начинаю беспокоиться о своем здоровье — то здесь кольнет, то там забьется. К чему бы это? А может, я слишком много времени провожу один и ничего не отдаю другим. Вот энергия потребления копится во мне и начинает медленно прокисать и загнивать. Я мысленно сканирую себя — все ли в порядке». Подобные мысли о самом себе приводят к саможалению — «ну как же так, я такой хороший, а мне так плохо, это очевидно несправедливо». Стоит перестать противопоставлять себя подобным ипохондрическим страхам, они захлестывают нас целиком. Да и ладно, если мы только мучимся и изводим себя и других, это бы полбеды. А беда в том, что поддавшись самосохранению любой ценой, начиная жить по принципу «никто не позаботится обо мне лучше, чем я сам, а значит я должен постоянно следить за собой, как бы не стало хуже», мы рискуем потерять сначала доверие — близким, врачам — а потом и саму веру. Как-то мы начинаем допускать, что Тот, Кто нас создал, Тот, Кто нас любит, Тот, Кто за нас умер, как-то забыл про нас. А раз забыл — стало быть не всесилен, не всезнающ, не бог. Вот так быстро, не успев того заметить, мы оказываемся вне Церкви, а только в сомнительном обществе своих персональных демонят.
Принять себя боящимся — понять себя, боящимся, — устыдиться себя, боящегося, заплакать о себе, боящемся — отвергнуть себя, боящегося — вот последовательность восстановления себя человеком. «Не боюся никого кроме Бога одного» — вот тот настрой, к которому должно придти, пусть дорога и будет длинной. Многие шли по этому пути, некоторые достигали. Стеснительность и робость здесь неуместны, страх — повод просить помощи: дружеской, профессиональной, духовной, Благодатной. И будем знать, что мы сразу же становимся исцеленными от дурной боязни чего бы то ни было, как только хоть на мгновение, но искренне скажем: «Боже, Тебе зачем-то нужна моя жизнь именно сейчас? Ну так возьми ее, потому что я Тебя люблю и верю, что это более чем взаимно».